На главную Пишите письма... Гостевая книга Карта, история сайта Поиск по сайту
Новости
Альпинизм
Скалолазание
Ледолазание
Магазины
Интервью
Статьи
Обзоры
Персоналии
Без страховки
Фотоотчеты
На привале
История, РЕТРО...
Ссылки

Altezza.travelПокори вершину Килиманджаро! Соверши путешествие в Африку!

 
Кикоин А.К.

Абрам Константинович Кикоин (23/02/1914—22/09/1999) — советский учёный-физик, кандидат физико-математических наук (1940), профессор (1982), мастер спорта по альпинизму, руководитель секции альпинизма УПИ, первый председатель Свердловской областной федерации альпинизма.

В 1936 г. окончил физико-механический факультет Ленинградского политехнического института по специальности «экспериментальная физика». В 1957–1970 гг. был заведующим лабораторией излучений ИФМ АН СССР, в 1946–1952 гг. – заведующим кафедрой общей физики УПИ. В 1970–1986 гг. – доцент, затем профессор кафедры общей физики Уральского университета.

Уже более 100 лет минуло со дня рождения А.К. Кикоина. В 2009 году вышла очередная книга про уральских альпинистов, и там часто раскрывается роль этого человека в послевоенном становлении альпинизма на Урале! Теперь вновь стоит напомнить самые интересные воспоминания:

Из книги Л. Лапшина и М. Левина "Книга 2. Альпинизм послевоенного периода. 1945 – 1960 годы".

Здесь можно скачать всю книгу >>>

В 1946 году совершал свои первые послевоенные восхождения, в качестве уже свердловчанина, Абрам Константинович Кикоин, прибывший к нам из Алма-Аты. Многие годы он был без преувеличения самым большим патриотом свердловского альпинизма и самым уважаемым его патриархом. Но… сначала о биографии.

Вскоре после начала Великой Отечественной войны из Харькова в Алма-Ату эвакуируют филиал Ленинградского физико-технического института, а вместе с ним и кандидата физико- математических наук А.К. Кикоина. В 1942 году его привлекают как младшего инструктора альпинизма для работы в Школе инструкторов горно-стрелковой подготовки в урочище Горельник, в 18 км от Алма-Аты (с 1945 года называлась "Школой инструкторов горной подготовки"; позднее, при знакомстве с Э.Р. Риммом, обучавшимся в ней в 1945 году, они будут вспоминать общих знакомых и делиться впечатлениями о тянь-шаньских вершинах).

В 1943 году А.К. Кикоину предстоит быть дважды мобилизованным. В первый раз Алма-Атинским облвоенкоматом, который разлучит его с руководителем Школы инструкторов, заслуженным мастером спорта, первовосходителем на Хан-Тенгри Михаилом Тимофеевичем Погребецким, вручив предписание: "…надлежит убыть в Джаркентский район Восточно-Казахстанской области для работы в качестве инструктора горно- стрелковых подразделений с 21.01.1943 г. по 13.07.1943 г."

Справку алма-атинского облвоенкомата о мобилизации в качестве инструктора горнострелковых подразделений, которую мы нашли в архиве Абрама Константиновича, прилагаем:

Во второй раз А. Кикоин был мобилизован Игорем Васильевичем Курчатовым, по указанию которого молодого физика включают в коллектив, работавший в Свердловске над разделением изотопов урана. Там же работает его брат Исаак, уже удостоенный вместе с группой уральских физиков Сталинской премии за разработку приборов по измерению токов большой силы. Поставленную перед братьями задачу им решить не удалось, и в 1945 году Исаак Константинович Кикоин был отозван в Москву, а Абрам Константинович остаётся работать в лаборатории высоких давлений Института физики металлов, одновременно заведуя кафедрой общей физики УПИ в должности доцента. Под руководством А.К. Кикоина построен ускоритель электронов на 25 МЭВ, изготовлен криостат для изучения механических свойств металлических плёнок при низких температурах.

В начале 60-х годов на Белоярской АЭС был создан Уральский атомный центр, на котором велись исследования твердых тел с использованием нейтронов. У истоков создания Центра стояли С.В. Вонсовский и А.К. Кикоин. Своими наработками учёные щедро делились с производством.

В 1970 году А.К. Кикоин ушёл работать в УрГУ, с 1971 года он - профессор кафедры общей физики. Сотрудники Абрама Константиновича вспоминают, что он разбирался в любой отрасли физики, был, несмотря на легкое заикание, прекрасным лектором и всё объяснял очень доходчиво: "Он демократичен и необычайно терпелив со студентами, возился с ними, как с детьми" - выдержка из биографического очерка о нем, подготовленного УрГУ.

Это подтверждает и соратник по альпинизму, его студент Э.Р. Римм: "Физику мы изучали первые три семестра, в двух из них лекции читал Абрам Константинович Кикоин. Читал хорошо, интересно. Студенты не только ходили на его лекции, но и заранее занимали места перед лекциями. Кое-что на лекциях он рассказывал и про альпинизм. Человек широкого кругозора. Обладал крепкими нервами, всегда был расположен к человеку".

Любовь Абрама Константиновича к горам и альпинизму была беззаветной, и к людям, так или иначе связанными с горами, он относился по-особенному. Вот что вспоминает один из авторов этой книги М. Левин: "На химфаке физикой не сильно мучали, да и друг Шлесберг снял с себя значок "Альпинист СССР" I ступени и велел надеть на экзамен (своего значка у меня не было, им после первого года обучения в альплагере почему-то тогда придумали не награждать).

Я сел перед Кикоином, кое-что из билета я знал - и затараторил. Вскоре Кикоин меня остановил и вполголоса спросил: "Вам четверки хватит?" - и я унес автограф Абрама Константиновича в зачетке, сознавая, что оценкой обязан "значку".

А вот еще одно, не без юмора, воспоминание того же автора, связанное с регистрацией секции альпинизма УПИ. И хотя событие это относится к 1954 году, приведем его на страницах 1946-го:
"Став первокурсником, я обнаружил, что при кафедре физвоспитания работающей секции альпинизма (с руководящим "бюро") нет. Есть отдельные альпинисты-"путевочники", - этак свысока сказал мне мастер - волейболист Голомидов, классный распасовщик, напарник Бориса Ельцина.

Поскитавшись в поисках носителей значка "Альпинист СССР", в жутко боевом настроении пристроился я в БЧЗ среди явных отличниц, раскнопил пол-листа полу-ватмана и решительно "надпись написал": "ВСЕМ АЛЬПИНИСТАМ СОБРАТЬСЯ…" возле такой-то римской аудитории тогда-то! В назначенный срок я выглянул из-за угла и увидел двух симпатичных немолодых (т.е. старше 20 лет) щебечущих девиц. Вот к ним сверху спустился некто тощий в курточке - со значком!

- А, Шлёпс, привет! - сказали девицы.
- Привет, Раша, здравствуй, Галка! Кто это придумал собрать нас тут?
- Да, наверное, Кикоша, - сказала одна, а другая добавила: - А вот и он. Здравствуйте, Абрам Константинович!

Я прижался к стенке, пропуская прыгавшего снизу через две ступеньки высокого обладателя сверхпухлого портфеля. Прыгун был очень худ, отчего портфель воспринимался как неотъемлемая часть организма. Организм этот был безнадёжно стар, лет под 40, и имел сильно научный (т.е. не сильно спортивный) вид - то ли Паганель, то ли профессор Полежаев … одним словом, артист Черкасов, но с лысиной на макушке (автоматически вспомнилось: "светившейся в кудрях, как молодая луна в джунглях"). Мощно пожав руку Шлесбергу, он, заикаясь, спросил, что с-с-слу- чилось и почему надо было с-с-собираться".

Абрам Константинович заикался, и, встречая его в преклонном возрасте, мало знающим его людям в такие моменты могло показаться, что нить разговора потеряна, но недуг преодолевался и все становилось на свои места - тема не потеряна, а мысль по-прежнему ясна и точна.

О результатах разговора "у подоконника" мы поговорим на страницах 1954-го, а здесь приведем еще несколько строк из воспоминаний М. Левина: "… Он нам ничего не диктовал и не навязывал. Никогда! Под скалами Кикоин был нам ровня, а не "покровитель-кровопитель" - потому- то среди нас и не возникало "вожачков", и "деды" не тиранили, а учили. Прирожденный педагог, он помогал нам самоуправляться, и мы росли, ощущая добрую силу собственной годности к той свободной жизни, о которой мечтали и пели".

"А.К. Кикоин - душа институтского альпинизма. Человек, беспредельно влюбленный в горы, он был нашим общепризнанным Вождем и Учителем", - вспоминает Станислав Типикин, будущий труженик Минатома, а с 1957 по 1958 год председатель бюро альпсекции УПИ.

Став старшим инструктором альпинизма (постановление ФА СССР № 50 от 17.03.61), А.К. Кикоин не раз назначался представителем Спорткомитета СССР и представителем Спорткомитета РСФСР в разных горных районах. Неоценим его личный вклад в альпинистское освоение района Айламы с юга в период с 1965 по 1966 года (руководства первовосхождениями на вершину Мачхапара, пик Марджанишвили и др.).

Мы подсчитали: 1230 дней проработал Абрам Константинович в альпинистских лагерях, на сборах и альпиниадах как инструктор или руководитель мероприятия, передавая свой громадный опыт и воспитывая новые поколения альпинистов в духе товарищества, взаимовыручки и порядочности. Когда в 1964 году спортивное руководство страны, борясь с ведомственной разобщенностью и переманиванием спортсменов, потребовало создать региональные Федерации по всем видам спорта, Свердловской области повезло: А.К. Кикоин стал первым председателем Свердловской областной федерации альпинизма. Возглавляя областную федерацию, Абрам Константинович заложил фундамент будущих великих команд и выдающихся побед свердловчан.

Когда же при отборе н Когда же при отборе на Эверест-82 тренерский совет заменил двух сильнейших свердловчан москвичами, А.К. Кикоин сказал, что раз он не сумел отстоять своих кандидатов, оставаться руководителем облфедерации ему нельзя! И он ушел, непоколебимый романтик, до последних дней веривший, что альпинисты - самые честные и порядочные люди, что в спорте гор не может быть подлецов и предателей.

Долгие годы его квартира на ул. Шейнкмана, 19 была местом встречи альпинистов города, признанных корифеев и молодежи перспективной, любознательной. 7 ноября туда шли прямо с демонстрации, дружески беседовали и обсуждали планы, пели песни и… пытались подняться в распоре по дверному проему доверху, чтоб упереться головой и заслужить похвалу каминной технике (это удавалось, увы, не всем).

А как он переживал расставание с горами! Только самые близкие и родные ему люди знали, чего стоило А.К. Кикоину продолжать жить, зная, что в горы уже не поехать…

Его имя читатель не раз ещё встретит на страницах нашей книги, здесь же мы скажем, что А.К. Кикоиным в соавторстве с братом И.К. Кикоиным,написаны:
- учебное пособие для студентов физических специальностей "Молекулярная физика" (переведена на английский, французский и испанский языки)
- у ч е б н и к д л я с р е д н и х ш к о л " Ф и з и к а - 9 " (и з д а в а л с я с 1969 по 1994 гг.);
- учебник для средних школ "Физика-10" (вышло три издания, последнее - в 1994 г.);
- более 70 статей по всем разделам школьной физики в журнале "Квант".

______________________________

Воспоминания еще об одном восхождении.

"Расскажу о нашем восхождении на Эльбрус. Тогда я, как уже упоминал выше, был в составе альпиниады УПИ, проводимой Кикоиным в Джан-Тугане в 1958 году. После окончания всех восхождений в "Джантугане" мы должны были идти на "пятитысячник"!

Предварительно Абрам Константинович очень сильно запугивал нас своими рассказами об Эльбрусе, о жутких ветрах и морозах на его, склонах, о том, что там люди замерзают пачками и т.п. Непосредственно перед выходом он построил весь состав альпиниады в две шеренги и начал проверять, кто как экипирован. Необходимо было обязательно иметь две пары шерстяных носков и две пары шерстяных свитеров. У многих полностью этого комплекта не было.

Кикоин шёл по рядам и проверял наощупь эти вещи у каждого, причём вигониевые и всякие другие безжалостно браковались и владельцев их отчисляли из группы. Но мы тоже были не лыком шиты, сразу начали за спиной друг другу передавать и носки и свитера, от тех, кого уже проверили. Так я незаконно попал в группу на Эльбрус, не имея необходимого полного комплекта шерсти.

До "Приюта 11-ти" мы добирались пешком, сначала до Терскола, затем до Ледовой базы - никаких канатных дорог, на которых сейчас можно из Терскола доехать почти до "Приюта 11-ти", тогда и в помине не было. На Ледовой базе была большая остановка, и дальше в путь по леднику мы двинулись уже поздним вечером при лунном свете. Нас нагрузили стульями, которые мы должны были доставить в "Приют", и зрелище со стороны было фантастическое: в безмолвии при лунном свете по леднику движется цепочка людей, и у каждого сверху рюкзака прикреплён стул. Но погода и видимость были отличными и к "Приюту", хоть и поздно, мы вышли. Следующий день был днём отдыха и акклиматизации. Кикоин строго настрого приказал нам не отходить от "Приюта". Повыше, в районе скал Пастухова, я увидел катающихся лыжников и, конечно, убежал туда. Это были два немца, как потом выяснилось, профессор из Берлина Фриц Рудольф и его ассистент Перси Шульц. И конечно, я попросил у них лыжи и до темноты утюжил на них склоны Эльбруса. Когда я вернулся в Приют, Кикоин мне объявил, что за нарушение дисциплины он меня отстраняет от восхождения.

Выход на восхождение был назначен на час ночи. Наши начали собираться, а я лежал и чуть не плакал. Одновременно готовилась к выходу группа иностранцев - немцы и поляки под руководством пожилого инструктора из Адыл-Су Часовникова. Когда наши ушли, пришлось мне наврать ему, что я отстал от группы, он согласился меня взять с собой, и я пошёл наверх вместе с иностранцами, среди которых у меня было уже двое знакомых немцев. Наступил какой-то момент, когда мы догнали группу УПИ, и обе цепочки альпинистов пошли рядом параллельно друг другу, и тогда мне пришлось прикрываться капюшоном штормовки, чтобы наши меня не увидели. Но затем группа УПИ ушла прямо на вершину, а мы двинулись к перемычке. Без приключений добрались до нее и взошли на восточную вершину. И тут я решил, гулять, так гулять, хотя сильно болела голова. С Фрицем и Перси спустились опять на перемычку, затем поднялись на западную вершину и, спустившись на перемычку, побежали вниз. В "Приюте" уже шло общее веселье, и я незаметно влился в свой коллектив. Позднее, уже внизу, мне пришлось все рассказать Кикоину, и он, слегка пожурив, простил меня, так как всё у нас у всех закончилось благополучно. Очень незлопамятный был человек Абрам Константинович Кикоин".

Здесь можно скачать всю книгу >>>


Яндекс.Метрика