На главную Пишите письма... Гостевая книга Карта, история сайта Поиск по сайту
Новости
Альпинизм
Скалолазание
Ледолазание
Магазины
Интервью
Статьи
Обзоры
Персоналии
Без страховки
Фотоотчеты
На привале
История, РЕТРО...
Ссылки

Altezza.travelПокори вершину Килиманджаро! Соверши путешествие в Африку!

 
Е. Виноградский и Индонезия

Без страховки

 

Виноградский Е.На днях, а на дворе ноябрь 2002 года, Евгений Михайлович приглашен в очередной раз посетить экзотическую страну Индонезию. С ним едет его супруга, а так же вдова В. Башкирова. Это будет уже не первое посещение Индонезии. И дело не в экзотике или разнообразии впечатлений - это инициатива индонезийских властей, выражение благодарности за неоценимую помощь русских гидов первым индонезийским смельчакам на Эвересте пять лет назад.

Весной 1997 года Евгений Виноградский в очередной раз (третий из четырех) взошел на Эверест. Первое впечатление, что он все время кого-то водит на Эверест: то Федора Конюхова, то осетинскую экспедицию, то в этот раз - индонезийский спецназ.

Особенности экспедиции 1997 года:

Далекая азиатская страна щедро финансировала свою первую экспедицию такого рода, в команду были подобраны лучшие люди из элитных воинских частей, руководил мероприятием один из знаменитых генералов Индонезии Mr. Prabowo Subianto. А гидами были приглашены сразу трое знаменитых русских альпинистов: Анатолий Букреев, Владимир Башкиров и Евгений Виноградский. Сразу остро встал вопрос о подготовке. Вначале индонезийское руководство на необходимость подготовки отвечало, что тут собраны лучшие ребята, спецназ - они всегда готовы! Но в итоге 40 наиболее крепких ребят приехало в Непал уже в декабре 1996 года. Почти полгода все жили в Гималаях, совершали тренировочные восхождения и в марте 1997 лишь 10 лучших участников прибыли в базовый лагерь под Эверест.

Эверест (8848 м),  фото Е. ВиноградскогоЕще совсем свежа в памяти была трагедия 1996 года на склонах Эвереста, когда в двух американских коммерческих экспедициях погибло 5 человек, некоторые из которых заплатили по 65000 $ за возможность взойти на Эверест... Гидом-проводником в одной из них был А. Букреев. Развитие событий, разбор и комментарии выживших участников породили невиданный ранее интерес к высотному альпинизму. Выпущено несколько книг и фильмов об этой трагедии. Для нас наиболее известны книга Букреева "Восхождение" и фильм Кракауэра "Смерть в горах", которые совершенно по-разному расставляют акценты и называют виновников гибели людей.

Весной 1997-го, пытаясь уменьшить риск для неопытных индонезийских участников, русские гиды допустили на штурм лишь троих самых приспособившихся к высоте и решились на установку дополнительного лагеря на вершинном гребне (8500 м). Надо сказать, что именно это нестандартное решение спасло жизнь шестерым альпинистам! Никто ни до, ни после, похоже, не решался тратить силы экспедиций на установку лагеря на 8500.

Так как подготовка в Непале шла уже давно, в марте-апреле все высотные лагеря до Южного Седла были готовы. Как и американская экспедиция, на штурм вышли в 12 часов ночи, а на вершине были достаточно поздно - около 3 часов дня. Шли очень медленно, погода не была столь плохой, как в прошлогодней трагедии, но трудностей и неожиданностей хватило... Восемь человек из этой экспедиции взошли на Эверест, в том числе двое шерпов. Другие шерпы должны были принести палатку, коврики, горелку и кислород на высоту 8500 метров, организовать лагерь и уйти вниз. Евгений Виноградский сейчас точно не помнит, но вроде бы спальников не было предусмотрено. Точно помнит, что в обычную высотную палатку влезли вшестером: трое индонезийцев и трое русских проводников. Только оказалось, что, по непонятной причине, шерпы унесли вниз все кислородные баллоны, кроме двух?! Свой кислород к тому моменту закончился...

Е. Виноградский:
"Помню, что залез в палатку уже в темноте, последним. Всю ночь просидел у входа, спиной к улице, в руках - горелка, рукой нагребал с улицы снег, и топил его. Все трое клиентов, жутко уставшие, лежали на полу палатки - то один начинал стонать, то другой кричать, то просто плакать. А так как было лишь два кислородных баллона, то мы всю ночь перебрасывали маски на того из троих, кто больше нуждался. А тройка Букреев, Башкиров и я провели ночь без кислорода."

После ночи на 8500 смогли спуститься лишь на Южное седло (7950 м), заночевали опять... Удача была на нашей стороне - все живыми спустились в базовый лагерь. После этого восхождения, которое было 27 апреля, почти целый месяц до 25-26 мая никто больше не взошел в этом районе ни на Эверест, ни на Лхоцзе.

Воспоминания Е. Виноградского, написанные к послесловию недавно вышедшей книги "Восхождение" (с любезного разрешения фирмы "BASK"):

Толя Букреев

Толя Букреев,  фото В. Першина
фото В. Першина

С Толей я близко познакомился во время подготовки к экспедиции на Канченджангу. Это было трудное и интересное время. Мы в течение двух лет были в состоянии "перманентного отбора", который включал в себя соревнования на скалах и на льду, "забеги" на Эльбрусе и пике Коммунизма, медико-биологические испытания в барокамере и на высоте Памирского Фирнового плато. Толя показал, что он настоящий спортсмен, он везде хотел быть первым. В то же время в любых ситуациях его не покидало чувство юмора. Часто он шутил: "Я лучший альпинист среди лыжников и лучший лыжник среди альпинистов". Во время первой его встречи с Гималаями стало ясно, что он прирожденный "высотник". Без использования кислорода он совершил восхождение на Среднюю Канченджангу. Хотел без кислорода идти и на траверс, но чувство ответственности за исход экспедиции взяло верх над честолюбивыми замыслами, и Толя отказался от этой идеи.

У Толи очень развито было чувство справедливости. Когда, пройдя траверс, мы ликовали на Южной вершине. Толя взял рацию и передал: "Это победа всех членов экспедиции, которые в течение двух месяцев самоотверженно работали на склонах Канченджанги и обеспечили достижение желанной цели". Не смотря на то, что Толя был целеустремленным спортсменом, в душе он оставался романтиком. Часто он брал в руки гитару и пел прекрасные душевные песни. По пути на свою родину - деревню Коркино, Букреев останавливался в моем доме, и мы с ним просиживали до утра, говоря обо всем на 'свете и строя планы новых экспедиций. Он всегда привозил рюкзак яблок из своего сада под Алма-Атой.

Толя был отчаянно смелым восходителем. Во время восхождения на Шиша-Пангму (1996г) была страшная непогода, ураганный ветер четверо суток не давал нам двинуться с высоты 7400м. Толя совершал восхождение в одиночку, но непогода вынудила его отсиживаться вместе с нами. И вот, кажется, ветер немного стих. Мы сделали попытку выйти на штурм, но смогли пройти только 100 метров и повернули назад к спасительной палатке. А Букреев сумел один взойти на вершину и благополучно спуститься.

Достижения А. Букреева

Володя Башкиров

Володя Башкиров
фото В. Першина

С Володей Башкировым я познакомился на "отборках" в первую Советскую Гималайскую экспедицию. Великолепный "технарь", ярко выраженный лидер в альпинизме. Он не мог примириться с проявлениями необъективности судейства на Чемпионатах страны и перестал "играть в эти игры". Когда открылись Гималаи для наших альпинистов, Володя стол ведущим "Гималайцем". Ярко проявился его талант организатора экспедиций. Он очень хорошо знал Гималаи, его голова была полна идей. Наши пути все время пересекались, в 1996 году мы вместе совершили "дубль"-восхождение на Чо-Ойю и Шиша-Пангму.

И вот снова судьба свела нас в Гималаях. Мы работали с индонезийской экспедицией. Букреев занимался переговорами с руководством, закупкой снаряжения, мотался из Америки в Индонезию, а мы с Володей планировали акклиматизационные и тренировочные сборы, проводили "селекцию". комплектовали команду для восхождения на Эверест. Пять месяцев мы с Володей были неразлучны. Новый 1997 год мы встретили в штурмовом лагере на высоте 5000 метров при восхождении на пик Палдор. Светит луна, блестит лед, воздух звенит от мороза. Мы выпили с ним по традиции по 30 граммов медицинского спирта из аптечки.... Это был последний Новый Год Володи Башкирова. Заключительный этап восхождения на Эверест был весьма драматичным. Учитывая трагический опыт экспедиций на Эверест 1996 года, мы установили аварийный лагерь на высоте 8500 метров, и это помогло нам избежать потерь. Уже в темноте мы залезли в палатку. На трех смертельно уставших индонезийцев у нас 2 кислородных баллона и мы перекидываем маску на того, кто начинает "отключаться". Мы пережили эту ночь без кислорода, первые из россиян на такой высоте.

Володя и Толя при всей их непохожести имели очень много общего. Оба сильнейшие альпинисты, они считали использование кислорода неспортивным и при малейшей возможности отказывались от него, иногда, на мой взгляд неоправданно... В тот трагический год они оба часто говорили о смерти, как будто чувствовали... Но не могли свернуть с выбранного пути.

P.S. В 1997 году после спуска с Эвереста В. Башкиров взошел на Лхоцзе Главную, но погиб во время спуска. Уже в августе индонезийское правительство первый раз пригласило и приняло у себя в гостях Виноградского с семьей и семью Башкирова. А Анатолий Букреев погиб в лавине на склонах Аннапурны в декабре 1997 года...


Яндекс.Метрика