На главную Пишите письма... Гостевая книга Карта, история сайта Поиск по сайту
Новости
Альпинизм
Скалолазание
Ледолазание
Магазины
Интервью
Статьи
Обзоры
Персоналии
Без страховки
Фотоотчеты
На привале
История, РЕТРО...
Ссылки

Altezza.travelПокори вершину Килиманджаро! Соверши путешествие в Африку!

 

Namaste, Nepal (Недосказанные мысли)


Автор - Томашпольский Альберт

Прекрасна жизнь и даже в горе
Ее винить навряд ли стоит
Все зачеркнуть, уехать б в горы
И захлебнуться б высотою!

Начало здесь...

День четвертый.
Началось все ночью. Проснулся от того, что меня сильно трясло в спальнике, просто зуб на зуб не попадал. При этом все тело горело от жары. "Все!- подумал, - Горняшка!". Пытаюсь сообразить что делать и вдруг понимаю, что источник проблемы находится в районе живота. "Бутылка!" с водой, которую мне перед сном дал Толя со словами: "на, я ее грел на солнышке, догрей ее в спальнике, будет утром теплая вода". И я, чайник***, положил и заснул. Получилось, что я своим телом пытался нагреть воду до своей температуры. Брр! Тут же выкинул бутылку из спальника и через 3 минуты сладко заснул дальше. Утро прошло в обычном режиме: завтрак, сбор баула, рюкзачков и в путь. День оказался не очень сложным, за 4 часа по пологой тропе добрались до поселка Тагнаг, расположенного уже выше границы лесов на высоте 4360 м, где комфортно устроились на ночлег. Вечером стало понятно, что тепло ушло окончательно, поэтому к ужину заказали истопить "буржуйку", от которой всех разморило и мы, насколько смогли, сидели вокруг нее, общаясь и бренча на гитаре.

День пятый.
За этот день мы поднялись к последнему населенному пункту на нашем пути, выше которого только ты и горы. Несколько часов шли через "линзу" - это когда сверху тебя яркое солнце в голубом небе, а снизу и с боков - ледник и снежное поле. Закрывались как могли. Наконец после очередного излома склона появилась деревня Кхаре, расположенная на высоте 5000 м. Вечер прошел в уже привычно теплой обстановке: буржуйка, гитара и наши горячие сердца. Для иностранных коллег стиль нашего досуга оказался очень непривычным, но притягательным. Все с огромным удовольствием сидели с нами и не только из-за пышущей жаром буржуйки. Кто-то из них так и сказал, что мы очень необычно, но правильно живем: тянемся друг к другу, создаем некий совместный быт и досуг, живем единой не целью, а командой/ семьей. Уловил - молодец! Берите лучшее - не жалко!

День шестой.
День акклиматизации. Это когда можно поспать подольше, поесть, а главное - попить побольше. И никуда не надо идти, разве что погулять. Организовали проверку снаряжения и аренду недостающего. Немного успокоился, когда подобрал себе пластиковые ботинки, пуховый свитер и теплые штаны с кошками. Но до сих пор не могу понять что за комплект подобрали Денису на его 46-й ? Высотных ботинок ему так и не нашли…
Дальнейшее восхождение могло быть организовано двумя схемами:
1. Пос Кхаре - базовый лагерь на высоте 5400, ночевка - штурмовой лагерь на 5800м. - восхождение на вершину - спуск до пос. Кхаре.
2. Пос. Кхаре - штурмовой лагерь, ночевка - восхождение и спуск в поселок.
Выбрали второй вариант, чтобы иметь запасной день на случай непогоды и чтобы уменьшить количество ночевок на снегу на высоте.

День седьмой.
Подъем в штурмовой лагерь. Это обычная тягловая работа на устойчивой скально-снежной тропе различной сложности, задыхаясь от недостатка кислорода и отсутствия сил. Подошли к месту уже на закате. Прямо скажу, что место расположения лагеря не вселяло желания выйти из палатки и прогуляться. Всего в одном метре от края нашего шалаша начиналась пропасть. Тем не менее, 5 палаток, переплетя стропы, были установлены, самые стойкие из нас пошли нарубить более-менее чистого снега для чая и еды, а все остальные расселись по домикам готовить ужин и готовиться к штурму.
Как обычно, на высоте не спалось. Вернее может и заснул бы, но мешала давно обнаруженная особенность - в высокогорье в первую половину ночи одновременно с отключением сознания отключалось желание дышать. Не знаю научного объяснения этому, просто приходилось себя контролировать и пугать своих "сокамерников" искусственно-активным дыханием. В конце концов не выдержал и решил полюбоваться ночным небом. Сложно передать ощущение человека, стоящего реально в шаге от пропасти, вокруг которого на 3/4 сферы - черное пространство, испещренное мириадами светящихся точек. Наверно после этого задремал на часок.

День восьмой. Штурм.
Три часа утра. Вместо будильника - крик Юры из палатки. Муравейник натужно, медленно зашевелился. Готовим завтрак, заливаем термосы чаем, стараемся одеться не вылазя из теплых спальников… Как ни тяни минуту, время "Ч" наступает и вся группа собирается на склоне в полной экипировке к 5 утра с зажженными фонариками во лбу. Немного замешкался из-за забытых в палатке пуховых варежек, что обернулось для меня часом "догонялок" на склоне.
В этом месте я должен ввести некоторую условность: в последующем повествовании -никаких имен. Наша команда - 16-ть восходителей, и все мы - единое целое. Та часть из нас, кто по разным причинам не взошли до высшей точки - они работали на остальных, на общую цель. Поэтому никоим образом не хочу принизить их результат, они были с нами!
Итак, на тропу вышло 14-ть человек и местный гид Дава. Монотонный, изнуряющий труд движения вперед и вверх на высотах +/- 6000 м. В голову приходили строки из Визбора "здесь каждый шаг дороже ровно вдвое" или из ВВС "и сердце к вершине готово бежать из груди". И открывался новый смысл этих строк, совсем не поэтический, а элементарно физиологический. В какой-то момент забрезжил рассвет и взошло солнце. Жесткое совокупное воздействие ночного холода и высокогорного ветра несколько ослабло. Продолжаем двигаться вверх, как танки на пониженной передаче. Час, два, три …

То ли от асфиксии, то ли от последних бессонных ночей начинаю засыпать на ходу. Почему-то стали мерзнуть ноги в ботинках. Злюсь на себя, но в голову упорно лезет скользкая мысль - "повернуть, отказаться от штурма". Тут же строка из песни: "… и повернуть обратно хочется скорей". Нет, держись! Помогает Юра своим дружеским подбадриванием: "смотри на это как на прогулку, ведь такая погода - это удача!". А погода действительно была подарком горы: не сильный (не штормовой) ветер, яркое солнце, уверенная тропа - что еще может пожелать восходитель! Плющу себя другой строкой из песни: "если сразу раскис и вниз!" - и ползу дальше вверх.

Несколько ребят катастрофически отрываются вперед - метров на 300 - 500, дружная группа из Златоуста устойчиво и заманчиво маячит впереди метрах в 150, удивляя не только меня своей выносливостью и настойчивостью. Уже нет шанса спасовать. Пять шагов вверх, каждый на длину ботинка, остановка, отдышка, и снова вверх. Голову заполняет злость. Наверно, если бы мог, то просто бы рычал на ходу! Нет, дышать! Ловить молекулы кислорода так жизненно необходимые для движения вверх! Злость сменяется какой-то строкой из песни. И тюкает, тюкает, … нет ничего кроме нее! Странно все же может вести себя психика на высоте, но делать нечего: и с ней, и с остальным телом надо договариваться, нужно совместно дойти до высшей точки, а потом еще и вернуться. Добрались до небольшого излома на склоне, который снизу казался той самой седловиной, с которой откроется траверс на вершину. Увы, опять до неба бескрайние снежные просторы, только на пару градусов поменьше уклон. Располагаемся на отдых - маленькая необходимая радость в потоке многочасового изнуряющего пути, когда можно отдышаться, посидеть, попить горячего чая и перекусить. В ход пошли сухофрукты, изюм, орешки, сникерс. Плитка шоколада смерзлась так, что отгрызть кусок смог только я, остальные от попыток отказались.

Вдруг выяснилось, что у товарища произошла разбалансировка вестибулярного аппарата. Ни о каком продолжении штурма не могло идти и речи - нужно было срочно сбрасывать высоту. Двое других приняли непростое для себя решение - сопровождать его до штурмового лагеря. Несколько строк от первого лица: "у меня еще перед восхождением все ходило ходуном, без опоры не мог стоять прямо. Переговорил с Юрой, тот рекомендовал остаться в штурмовом лагере, ведь и 5800м - высота практически Эльбруса, достаточно и ее. Но посмотрел как все собираются, прикинул сколько усилий уже позади и не смог остановиться, заглотил пару колес и пошел со всеми. А после отдыха на склоне ( где-то 6200м) попытался встать, а все как качнулось! Ноги ватные, голова в испарине… Я так и сел. Спасибо ребятам, если бы не они, я не то, что рюкзак донес бы до лагеря, сам бы в пропасть свалился бы. Как ни обидно, но Юра оказался прав".

Примерно в то же время и в том же месте другой член команды принимает решение вернуться из-за прогрессирующей ангины. История повторяется - недомогание проявилось накануне и решение идти на штурм было ошибочным. Вообще высота может выкидывать фокусы с человеком - обычный насморк на 3000 м может проявиться как воспаление легких на 6000м. Поэтому внутренний диалог с самим собой и с горой - это не проявление горняшки, это необходимость для восходителя. "Познай себя, - шепчет Гора ветром в ушах, - и ты достигнешь Вершины, своей вершины".

Штурм продолжался. Взял еще один снежный взлет и остановился в начале горизонтального траверса, не мог отдышаться. Ребята из Златоуста тоже встали метрах в 150. Впереди опять кромка снега, уходящая в небо. Что это? Перемычка перед концом маршрута? Но где тогда вершина? Или опять очередной обманчивый перегиб, за которым опять бесконечные поля, уводящие вверх! Силы на исходе, шевелиться не хотелось, да и поведение впереди идущих странное: то стоят, то пройдут 5 м и опять стоят. Мы заблудились, мы отказались от штурма, мы решили спускаться не по пути подъема? (рой мыслей в голове) А как же тогда быть с теми, кто сзади меня, кто их предупредит? Так продолжалось вечность, или мгновение. Время - вещь очень растяжимая и сжимаемая одновременно, когда проходит через подсознание напрямую, миную твой внутренний хронометр. Внезапно левее на небольшом плато увидел красные шапочки ребят, которые быстро спустились к перемычке и появились на тропе, идущей в мою сторону. Нахожу в себе силы и толкаю себя вперед. "Иди, это вершина, осталось 300 м", - слышу я от идущих навстречу. Какая же злость обуяла меня в тот момент!, да простит меня Мера.

На вершине ветер был такой силы, что, сделав несколько фотографий, мы поспешили сойти ниже. Перед нами открылся величественный вид Гималаев с Макала и Эверестом в центральной экспозиции. Но любоваться этим зрелищем долго не пришлось, т.к. предстоял долгий путь вниз, через штурмовой лагерь до Кхаре. В 200-300 метрах ниже от вершины встретил упорно идущего к цели Петровича и еще раз проникся глубоким уважением к этому далеко не молодому мужчине.
Пожалуй, верно предположить, что о спуске мало что можно поведать интересного: шаг за шагом все ниже. Все ближе к уютной палатке со спальником, к теплу, к воде. Но один случай, произошедший с моим товарищем, обязывает меня поведать его от первого лица.

"Иду вниз, вершина позади, погода сказочная, правда ветер порывами бьет в бок. Настроение отличное. Немного на полусогнутых (чтобы не сильно ноги напрягать) семеню вниз, на каждом шаге вонзая свои кошки в склон, смотрю вперед, мысли приятные… в какой-то момент ветер застает меня врасплох: поднятая левая нога оказывается катастрофически близко к правой, качнулась от ветра и … кошки сцепились, меня развернуло, теряю равновесие и в следующее мгновение лечу по склону вниз. Пару раз подбрасывает с разворотом и швыряет о склон то головой, то спиной, то еще чем то. Зацепиться нечем: палки отстрелились в первую секунду, да и не помощницы они в такой ситуации, а ледоруб…, ледоруб я брать поленился на такой простой склон с уверенной тропой. "Плата за неуважение к Горе - твоя жизнь",- промелькнуло в голове. Скорость ощутимо возрастала. Чтобы не мотало - сгруппировался на спине головой вниз, прижал к груди руки и лечу. А в голове устойчивая мысль: "вспомни рельеф склона! Чем он заканчивается? Какой сброс: 500 \ 1000 \ больше метров? Туго ребятам на спас работах придется. Да и возможны ли они будут…!" Как-то трезво так, обыденно мысли текли, и непостижимо медленно, до бесконечности. Размышлял будто не о себе и не о последних секундах. Это я сейчас вспоминаю и удивляюсь себе, а тогда… просто летел и думал.

Неожиданно промелькнула мысль: "а может он выполаживается?" И в это мгновение меня почему-то опять подбрасывает, разворачивает и мордой об склон, БАХ! Больно, блин! Но тут же чувствую - наст-то я проломил! И уже под ним, как крот в землю, в снег вгрызаюсь и торможу! А потом тишина, все замерло, никакого движения, даже свое дыхание я услышал не сразу. Я жив? Первое желание - подать сигнал ребятам на склоне: с опаской выбрасываю руку за спину верх, надеюсь, заметили. Проходит, кажется, вечность пока я не собрался с духом и не начал ощупывать себя и вылазить из-под снега. Кажется ничего не болит, тело послушно двигается, или просто не чувствую. Как же прекрасен солнечный свет!!! Высоко над собой на склоне увидел ребят. Один сходит с тропы и начинает спускаться по пути моего полета. "За палками",- понял я,- "зачем, не надо рисковать". Вдруг он срывается и падает! "Боже, зачем! Неужели меня одного мало?!", - промелькнул крик в душе. К счастью он смог задержаться на склоне, не разогнавшись. Потом подошел Юра и мы потихоньку вылезли на тропу. Обернулся я посмотреть на "театр действий", - глазомер у меня никудышный, но мне показалось, что метров 500 я просвистел точно, а до сброса оставалось метров 100. А сколько там по вертикали и не скажу. Да мне бы и 200 м хватило бы за глаза, сам понимаешь. Пожалела меня Гора, не взяла, но проучила по-полной. А может и отмолил кто?"

Остаток пути до Кхаре прошел практически без приключений, если не считать, что одного приятеля перед самым поселком застигла темнота и, чтобы не уйти в соседнее ущелье, он принял правильное решение остановиться на развилке. Высланный на поиски Дава быстро вернул его в нашу компанию и в объятья жены. Вот так вполне удачно закончился для нас этот длинный, богатый событиями и переживаниями 8-й день экспедиции. Немного доброго коньяка и гитара расслабили напряжение нервов и мы провалились в сон.

День девятый.
Дорога назад. Это был, наверно, один из немногих дней, когда все смогли не спеша, наслаждаясь погодой, видами гор, рек и озер, непринужденно общаясь друг с другом спуститься до пос. Коте. Удалось даже заснять пару лавин, сошедших к нашему счастью не по пути спуска. Зрелище природной мощи навело на мысль о "величии человеческого ничтожества". Вечером приняли решение все же эвакуировать нашего заболевшего друга на Большую Землю, для чего наутро вызвали вертолет и устроили прощальный "гала концерт".

День десятый.
Он был похож на предыдущий, за исключением одной особенности - дорога вновь вела нас вверх, под перевал. Но набранная акклиматизация и крепкий сон накануне позволил переносить эти нагрузки намного легче, нежели неделю назад. Опять прошли через рододендроновый лес с его удушающим по концентрации запахом, миновали траверсом несколько отрогов и остановились на ночлег в лоджии Мера на отметке 4260 м. Наутро предстоял непростой переход через перевал, ну а вечер - это авторская песня. Увы, но все сказано до нас и найти еще более проникновенные слова невозможно, если ты конечно не гений. Ты просто пропой с друзьями эти песни, с этими милыми, обожженными и обветренными родными лицами, передай им тепло своего сердца и получи в подарок жар 15-ти сердец. Спать разошлись только когда угасло тепло от буржуйки.

День одиннадцатый. Перевал.
Не знаю откуда, но до нас дошла новость, что накануне на нем разбились два портера. Все, у кого было, надели правильную обувь и кошки и вышли на маршрут. Местами из-за ночного холода тропа была просто ледяная. Еле сдерживаюсь, чтобы не спеть хвалебную оду своим "котятам", настолько они создали мне комфорт и надежность в перемещении! Ребята даже не скрывали свою добрую зависть. Спуск организовали по перилам на три веревки и далее посыпались вниз по скальной тропе. А наверх ползли те "у которых вершина еще впереди"…
Вот и Лукла. Милая, родная Лукла, где можно было уже расслабиться, получить несказанное блаженство от горячего душа, снять тяжелую надоевшую обувь, перебрать вещи и подготовиться к отлету на Большую Землю. На улице неожиданно встретил своего попутчика в Непал. Сергей тоже только привел свою группу из 2-х девушек из-под Эвереста. Мир тесен.

День двенадцатый.
Семь утра, мы в аэропорту в ожидании нашего маленького винтокрыла. Грузимся, легкий отрыв от ВПП и мы прилипаем к иллюминаторам. Всю дорогу до Канманду нас провожали высокие, суровые исполины, одетые в парадные белые бурки и такие же папахи, выстроившиеся в ряд. И их суровая справедливость ни у кого из нас не вызывала ни тени сомнения. До свидания, Гималаи! Свидимся ли еще? Это никому неизвестно. "Никогда не говори "никогда"",- гласит пословица. "И, уходя, навек прощайтесь, когда уходите на миг",- спорит песня. А истина где-то рядом. Не за ней ли блуждаем мы пыльными тропами своих жизней?


_____________________________________________________________________________________
*** чайник - ругательно-шутливое название восходителя, который не имеет элементарных познаний в области правил выживания и поведения в горах


Яндекс.Метрика